В Татарстане лучший в РФ инвестиционный климат

Татарстан в третий раз признан лидером национального рейтинга состояния инвестиционного климата среди субъектов РФ. Итоги рейтинга озвучили 2 июня в рамках Петербургского международного экономического форума. На второе место турнирной таблицы попала Чувашия, замыкает тройку лидеров Москва.

Высокую оценку республике поставили предприниматели. Анализ проводился по 4 направлениям оценки: 44 основным и 33 дополнительным показателям. Всего было опрошено 400 тыс. человек.

Читайте также:

Татарстан на ПМЭФ-2017, день первый: нефть в Бахрейне и КАМАЗы-генераторы

Эксперты, выступившие на ПМЭФ, отмечают, что в целом инвестиционный климат по стране стал лучше.

«Средний индекс рейтинга вырос на 5,3 балла. Все регионы первой 20-ки нового рейтинга показали рост интегрального индекса в независимости от занимаемого места. Позитивные изменения произошли по 3 из 4 направлений оценки эффективности работы региона: регуляторная среда, инфраструктура и ресурсы, поддержка малого бизнеса. Улучшились механизмы использования регионами механизмов государственно-частного партнёрства», — говорит гендиректор Агентства стратегических инициатив Светлана Чупшева.

По ее словам, между тем, бизнес стал требовательнее и строже в оценках контрольно-надзорной деятельности и административного давления со стороны проверяющих и регулирующих органов. Административное давление на бизнес, к слову, вызвало основную волну нареканий респондентов, в то время как самых позитивных оценок заслужил процесс подключения к электросетям.

Комментируя итоги рейтинга, президент Татарстана Рустам Минниханов сделал реверанс в сторону субъектов из топ-20, назвав всех «примерно одинаковыми». В то же время, глава республики отметил, что возглавлять рейтинг три года подряд — большая честь.

«Это очень полезная работа. После каждого рейтинга мы подробно анализируем, какие у нас имеются резервы и где мы недорабатываем. Думаю, что административное давление (отрицательные оценки по этому показателю, ред.), связано в частности, и с банковским кризисом. Нам надо внимательно посмотреть, как наши надзорные органы работают. Но в целом, я считаю, что в прошлом году в республике велась активная работа по образовательным бизнес-программам. Большое внимание уделялось развитию имеющейся инфраструктуры. Сегодня мы плотно взаимодействуем с бизнесом на муниципальном уровне. Нам есть над чем работать, будем стараться и дальше», — заявил Минниханов.

ТАИФ, Linde AG и олефиновый комплекс за $ 10 млрд

Группа компаний ТАИФ и немецкая компания Linde AG во второй день ПМЭФ-2017 подписали меморандум о стратегическом сотрудничестве в присутствии президента РФ Владимира Путина. Поводом для краткой беседы Путина с Миннихановым и главой правительства федеральной земли Бавария (ФРГ) Хорстом Зеехофером стал проект, инвестиции в который составляют порядка $ 10 млрд.

Первым этапом меморандума стало подписание между НКНХ и компанией Linde Engineering базового соглашения по реализации контрактов на проектирование, поставку оборудования, предоставление лицензий, выполнение услуг по пуску в эксплуатацию первого этапа олефинового комплекса мощностью 1 200 тыс. тонн по этилену — нового производства ЭП-600. Первая очередь проекта строительства олефинового комплекса будет реализована к 2021 году. К 2025 мощности НКНХ удвоятся.

Финансирование проекта строительства комплекса будет осуществляться за счет заемных средств, 15\% от стоимости контрактов профинансирует НКНХ.

Также Linde AG предложила открыть на базе КНИТУ образовательный центр для подготовки и переподготовки специалистов с внедрением системы дуального обучения на НКНХ и «Казаньоргсинтезе». Кроме этого, ТАИФ рассмотрит предложение немецкой компании о приобретении водородной установки и воздухоразделительной установки.

КАМАЗ, Siemens и электрические авто и автобусы

КАМАЗ и Siemens AG подписали соглашение о сотрудничестве и партнерстве. Стороны намерены сотрудничать по использованию инновационных решений для автопромышленности.

В частности, предполагается создание платформы КАМАЗа для мониторинга и оперативного управления объектами производства, разработка стандартов промышленной автоматизации и дигитализации, проекты по энергоэффективности. Кроме этого, компании рассмотрят возможность разработки электрических автомобилей и автобусов.

Кроме того, КАМАЗ и НЦИ создадут провайдера логистических услуг. В задачи логистического провайдера будут входить планирование, управление и оптимизация цепочек поставок, планирование перевозок, управление едиными складскими запасами, стратегическое сетевое планирование.

Росатом и новое производство в ОЭЗ «Алабуга» за 4,8 млрд рублей

Росатом построит в ОЭЗ «Алабуга» завод по производству ПАН-прекурсора. Соответствующее соглашение на ПМЭФ-2017 подписалипрезидент РТ Рустам Минниханов и генеральный директор госкорпорации Алексей Лихачев.

Строительство завода начнется в 2017 году, запуск намечен на 2020 год. В проекте будет участвовать дочка Росатома — АО «НПК «Химпроминжиниринг» (бренд UMATEX Group). Общий объем инвестиций — 6,9 млрд рублей, из них 2,1 млрд рублей профинансирует «Алабуга».

ПАН-прекурсор — основное сырье для производства углеродного волокна. Проектная мощность нового завода составляет 5 тыс. тонн в год с перспективой увеличения производства до 25 тыс. тонн. На начальном этапе будет создано 120 рабочих мест, при выходе на полную мощность количество работников увеличится до 700 человек.

Добавим также, что Росатом в Татарстане будет развивать концепцию «Цифрового региона».

Кроме того

Одна из крупнейших фармацевтических компаний мира Pfizer заинтересована в расширении сотрудничества с Татарстаном. На встрече президента РТ Рустама Минниханова и президента Pfizer Essential Health Джона Янга речь шла об участии американской компании в республиканских программах по улучшению доступа пациентов к медицинской помощи и в поддержке образовательных программ в фармацевтической отрасли.

В авторской колонке для TatCenter.ru Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП России, анализирует реальное положение дел с импортозамещением в IT-отрасли и предлагает конкретный план из четырех шагов для исправления ситуации.

Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП РФ (фото: asros.ru)

Недавно представитель одного из крупных российских банков озвучил тезис, который многие могли бы воспринять как безусловный успех: «В этом году тратим на импортозамещение меньше, а в будущем будем тратить еще меньше». Звучит как победа, но в отрасли далеко не все радуются такому развитию событий…

Красивый тезис, обманчивая реальность

Тезис красивый, но обманчивый. Установить софт — это полдела. Дальше его нужно сопровождать, обновлять, защищать от хакеров. Это постоянные расходы, которые никуда не денутся. Так что «тратить меньше» — иллюзия. Скорее всего, трудности только начинаются.

Эти трудности уже находят подтверждение в сухой статистике. По данным «Руссофт» (весна 2026 года), темпы роста продаж российского ПО упали с 24% до 5−10% в 2026 году.

Спрос падает, а цены растут. Звучит странно, но объясняется просто: крупные компании формально выполнили требования регулятора, отчитались и потеряли интерес. Многие продукты так и остались «сырыми» — нет привычных приложений, плохая совместимость. А лицензии в первом квартале 2026 года подорожали на 10−20%. Качество хромает, а выбора у заказчика нет — бери что дают. Получается формальная победа при реальном спаде.

Проблема «железа»: аппаратные модули шифрования

Проблемы касаются не только программного обеспечения: в банковской сфере существует еще одна острая проблема с «железом» — аппаратными модулями шифрования (HSM).

HSM — это специальный «железный сейф», в котором хранятся ключи шифрования; HSM выполняет ключевые криптооперации. Без него не проходит ни одна оплата картой, ни один перевод по СБП. До недавнего времени почти все такие модули были импортными — Thales, Utimaco. Заменить их на российские — задача куда сложнее, чем поменять программу. Это перестройка всей платежной инфраструктуры, переаттестация, переписывание софта.

Определенный успех уже есть: НСПК совместно с Банком России успешно завершила замену HSM-модулей в собственной критической инфраструктуре уже в феврале 2025 года. Однако в масштабах всей банковской системы проблема сохраняется: импортные HSM по-прежнему используются. Пока это так, наша платежная система остается уязвимой — сколько бы операционных систем мы ни меняли.

Распыление ресурсов вместо концентрации

Кстати, об операционных системах: сегодня в государственном реестре их числится больше 70, и это скорее распыление ресурсов, чем здоровая конкуренция.

Большинство этих ОС делают небольшие компании с ограниченными ресурсами, их жизнеспособность под вопросом. Вместо того чтобы поддерживать 2−3 сильных ядра, мы разбрасываем деньги и кадры. А разработчики прикладных систем вынуждены поддерживать десятки ОС, что неизбежно удорожает конечные продукты. Платит в итоге потребитель. Такое распыление сил напрямую бьет по выполнению государственных задач.

КИИ: жесткие сроки без готовности

С критической информационной инфраструктурой (КИИ) тоже все непросто. К 1 января 2025 года, по данным Минцифры, из 25 крупнейших госкомпаний, подпадающих под требования по КИИ, перешли на отечественное ПО только 11. Рынок оказался не готов — ни по продуктам, ни по кадрам. Регулятор перенес дедлайн на 2030 год. Жесткие сроки без реальной готовности — это не стимул, а пустая декларация. Только нервы потрепали.

фото: TatCenter.ru

Четыре шага к реальному импортозамещению

Что необходимо, чтобы поправить ситуацию? Нужна внятная промышленная политика: не слепая вера в рынок и не административные репрессии.

Нужны четыре шага.

Первое — это «умная» специализация. У нас в РФ 140 миллионов человек, создать полный аналог Microsoft нереально. Но можно выстрелить в двух-трех критических нишах: например, это системы управления для энергетики, промышленные базы данных. Минцифре следовало бы составить перечень из 10−15 таких классов и обеспечить целевую поддержку.

Второе — это создание консорциумов вендоров и заказчиков. Пусть государство организует консорциумы из 3−5 компаний на каждое направление, выдаст долгосрочный безвозвратный (!) грант с софинансированием 30−50% со стороны крупных заказчиков. Так уже сделали в Южной Корее. Заказчики получают право голоса в техническом задании, что сразу ориентирует вендоров на реальные потребности бизнеса.

Третье — не надо резких движений с запретами. До 2028 года разрешить для некритичных систем зарубежное ПО при условии аудита безопасности. А с 2030 года — уже полный переход для КИИ.

И четвертое — необходим жесткий ценовой контроль. Для ПО из реестра, которое покупают госкомпании и банки, цена не должна превышать стоимость зарубежного аналога плюс 15%. Или внятное обоснование цены вендором (если аналога нет): себестоимость плюс R&D, плюс разумная маржа. Нарушителей наказывать — например, на два квартала лишать права продавать регуляторным заказчикам. Это остановит нынешнюю «диктатуру» продавца.

Рынок продавца и перспективы

Высокая ставка ЦБ, бюджеты сжаты, а российское ПО еще и дорожает: эксперты прогнозируют рост цен на 15−35% в год. Сложился «рынок продавца» с несколькими одобренными вендорами. Цены диктуют они, а не заказчик. Плюс проблема с HSM, о которой мы говорили. Особенно тяжело для малых банков — импортозамещение становится для них не драйвером развития, а тормозом.

Остается надеяться, что наши платежи защитят быстрее, чем успеют отчитаться об очередной «победе, которую никто не заметит». И правильнее здесь определить внятную стратегию импортозамещения, обеспечив реальный контроль качества.