Новости
25 Января 2013, 10:18

Защитит ли права предпринимателей экс-глава Дрожжановского района РТ?

Сегодня стало известно, что уполномоченным при президенте Татарстана по защите прав предпринимателей назначен экс-глава Дрожжановского муниципального района Татарстана Тимур Нагуманов. Между тем, эксперты TatCenter.ru считают, что омбудсменом должен быть не чиновник, а предприниматель или общественник. «Омбудсмен — человек широкого профиля, с опытом работы в предпринимательстве, способный налаживать контакты, разрешать спорные ситуации мирным путем», — считают эксперты.

Тимур Нагуманов

В указе «Об уполномоченном при президенте РТ по защите прав предпринимателей» сообщается, что уполномоченный при Президенте РТ по защите прав предпринимателей осуществляет следующие полномочия:

— рассматривает жалобы субъектов предпринимательской деятельности в РТ на решения и (или) действия (бездействие) органов государственной власти РТ и органов местного самоуправления;

— направляет органу государственной власти РТ, органу местного самоуправления, их должностным лицам, в решениях и (или) действиях (бездействии) которых он усматривает нарушение прав и законных интересов заявителя, свое заключение, содержащее рекомендации относительно возможных и необходимых мер восстановления указанных прав и законных интересов;

— обращается к руководителю органа государственной власти РТ, органа местного самоуправления с ходатайством о принятии мер по устранению нарушений прав и законных интересов заявителя и (или) применении к их должностным лицам, допустившим нарушение прав и законных интересов заявителя, дисциплинарного взыскания;

— направляет в компетентные государственные органы материалы, полученные в ходе проверки жалобы, если таковые, по мнению уполномоченного при президенте РТ по защите прав предпринимателей, свидетельствуют о наличии в обжалуемых решениях и (или) действиях (бездействии) должностного лица органа государственной власти Республики Татарстан, должностного лица местного самоуправления признаков состава административного правонарушения или преступления;

— направляет в компетентные государственные органы материалы, полученные в ходе проверки жалобы, если таковые, по мнению уполномоченного при президенте РТ по защите прав предпринимателей, свидетельствуют о наличии в обжалуемых решениях и (или) действиях (бездействии) органов государственной власти РТ, органов местного самоуправления и их должностных лиц оснований для применения указанными компетентными органами мер в соответствии с их полномочиями.

Напомним, в 2012 году на заседании Координационного совета по вопросам поддержки и развития малого и среднего предпринимательства в Татарстане было решено инициировать создание в республике института уполномоченного по правам предпринимателей. В связи с этим Агентство инвестиционного развития Татарстана при правительстве республики направило соответствующее предложение в Кабинет министров Татарстана. Президент Татарстана Рустам Минниханов подписал Указ «Об уполномоченном при Президенте Республики Татарстан по защите прав предпринимателей». Сегодня документ опубликован в газете «Республика Татарстан».

Ранее портал TatCenter.ru обратился к предпринимателям с вопросом, какими качествами должен обладать омбудсмен по правам предпринимателей.

Так, генеральный директор «Спорткульт — автотовары «Скат» Мунир Гафиятуллин отметил, что не видит необходимости создания института уполномоченного по правам предпринимателей. «Существующие институты власти в состоянии помогать и поддерживать предпринимательство, достаточное количество грантов для поддержки и развития предпринимательского дела», — отметил Гафиятуллин.

Мунир Гафиятуллин:

Мунир Гафиятуллин — Такие некоммерческие объединения, как Ассоциация предпринимателей малого и среднего бизнеса РТ, которые создаются по воле общества, лучше работают, чем любые госструктуры. Конечно, в некоммерческом объединении должен быть лидер. На вопрос, почему не развивается предпринимательство, то я отвечу, что развитие предпринимательства невозможно по ряду причин. Энергоносители и кредитные ресурсы для предпринимателей высокие, себестоимость продукции стоит дорого, а заработные платы не высокие.

В свою очередь эксперт TatCenter.ru по вопросам малого и среднего бизнеса, президент Ассоциации предпринимателей малого и среднего бизнеса РТ Хайдар Халиуллин также высказался против введения омбудсмена по защите прав предпринимателей. «Я считаю, что сегодня нет такой необходимости», — сказал Халиуллин. По его словам, если и создавать такой институт, то во главе его должен стоять «общественник», его деятельность должна быть эффективной, а именно: создавать благоприятные условия для развития малого и среднего бизнеса.

Эксперт
TatCenter.ru по вопросам малого и среднего предпринимательства, председатель Совета Татарстанского РО общероссийской общественной организации малого и среднего предпринимательства «ОПОРА РОССИИ» Азат Газизов считает, что введение института уполномоченного по правам предпринимательства это шаг к эволюции в деятельности общественных организаций. «Создание должности регионального омбудсмена по защите прав предпринимателей — это годами выработанная позиция. А нам не хватает юридического аппарата. Ведь права предпринимателей никто не представляет в законодательной власти», — высказался Газизов.

Азат Газизов:

Газизов Азат — Я уверен, что должность омбудсмена не должен занимать чиновник, а необходимо назначать предпринимателя, который понимает, что происходит в предпринимательской деятельности, знает с какими проблемами ему приходится сталкиваться. Омбудсмен — это специалист широкого профиля, который способен налаживать контакты, разрешать спорные ситуации мирным путем. Аппарат уполномоченного по правам предпринимательства должен состоять из 3−4 людей, два из которых специалисты по юриспруденции. Они должны понимать, как право связано с предпринимательской деятельностью, как вести дела в арбитражном суде. Предприниматели чаще всего просят защиты в двух случаях: когда происходит рейдерский захват и когда действия государственных органов неправомерны, последствия которых являются огромные суммы штрафов. Также предприниматели часто интересуются и консультируются о системе налогообложения.

С мнением Газизова согласилась и генеральный директор ООО ПКФ «Майдан», сети кафе и ресторанов «Сытый папа» Мария Горшунова. «Омбудсмен должен быть опытным предпринимателем, умеющий принимать решения, разрешать ситуации на уровне муниципальных образований», — уверена Горшунова.

Мария Горшунова:

Горшунова Мария — Институт по правам предпринимательства категорически не должен быть общественной организацией. Ведь на федеральном и региональном уровне принимаются законы, но они не всегда работают на деле. Поправки вносятся снизу, поэтому необходимо совершенствование законодательной базы.

Отметим, что вопрос появления бизнес-омбудсмена обсуждался и в начале июля в ходе круглого стола в Торгово-промышленной палате РТ. Сам факт появления такой должности предприниматели восприняли далеко не однозначно. Во-первых, потому что официальные обязанности бизнес-омбудсмена сейчас только определяются, и нет ясности, чем собственно он будет заниматься.

Во-вторых, в Татарстане уже действуют (и довольно давно) самые разные организации, которые призваны так или иначе помогать предпринимателям, а следовательно и защищать их права. И в-третьих, не был ясен процесс назначения бизнес-омбудсмена

Справка:
Тимур Нагуманов родился 23 февраля 1983 года в Казани. Закончил Казанский государственный финансово-экономический институт.

В разные годы занимал следующие должности:
— начальник финансового отдела ОАО «Буинский сахарный завод»;

— заместитель генерального директора по экономике и финансам ОАО «Заинский сахар» Заинского района РТ;

— генеральный директор ОАО «Бурундуковский элеватор» Дрожжановского муниципального района РТ;

— первый заместитель руководителя исполкома Дрожжановского муниципального района РТ;

— руководитель исполкома Дрожжановского муниципального района РТ.

С января 2007 года являлся главой Дрожжановского муниципального района Татарстана.

Экспертный круг
18 Июня 2026, 00:30

Тимур Аитов: Парадокс импортозамещения — тратим меньше, а цены растут. Кто в выигрыше?

Статистика неумолима: спрос на российское ПО падает, а цены растут на 10−20%. Импортозамещение превратилось из драйвера развития в «рынок продавца», где качество хромает, а малый бизнес задыхается от непосильных затрат.

В авторской колонке для TatCenter.ru Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП России, анализирует реальное положение дел с импортозамещением в IT-отрасли и предлагает конкретный план из четырех шагов для исправления ситуации.

Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП РФ (фото: asros.ru)

Недавно представитель одного из крупных российских банков озвучил тезис, который многие могли бы воспринять как безусловный успех: «В этом году тратим на импортозамещение меньше, а в будущем будем тратить еще меньше». Звучит как победа, но в отрасли далеко не все радуются такому развитию событий…

Красивый тезис, обманчивая реальность

Тезис красивый, но обманчивый. Установить софт — это полдела. Дальше его нужно сопровождать, обновлять, защищать от хакеров. Это постоянные расходы, которые никуда не денутся. Так что «тратить меньше» — иллюзия. Скорее всего, трудности только начинаются.

Эти трудности уже находят подтверждение в сухой статистике. По данным «Руссофт» (весна 2026 года), темпы роста продаж российского ПО упали с 24% до 5−10% в 2026 году.

Спрос падает, а цены растут. Звучит странно, но объясняется просто: крупные компании формально выполнили требования регулятора, отчитались и потеряли интерес. Многие продукты так и остались «сырыми» — нет привычных приложений, плохая совместимость. А лицензии в первом квартале 2026 года подорожали на 10−20%. Качество хромает, а выбора у заказчика нет — бери что дают. Получается формальная победа при реальном спаде.

Проблема «железа»: аппаратные модули шифрования

Проблемы касаются не только программного обеспечения: в банковской сфере существует еще одна острая проблема с «железом» — аппаратными модулями шифрования (HSM).

HSM — это специальный «железный сейф», в котором хранятся ключи шифрования; HSM выполняет ключевые криптооперации. Без него не проходит ни одна оплата картой, ни один перевод по СБП. До недавнего времени почти все такие модули были импортными — Thales, Utimaco. Заменить их на российские — задача куда сложнее, чем поменять программу. Это перестройка всей платежной инфраструктуры, переаттестация, переписывание софта.

Определенный успех уже есть: НСПК совместно с Банком России успешно завершила замену HSM-модулей в собственной критической инфраструктуре уже в феврале 2025 года. Однако в масштабах всей банковской системы проблема сохраняется: импортные HSM по-прежнему используются. Пока это так, наша платежная система остается уязвимой — сколько бы операционных систем мы ни меняли.

Распыление ресурсов вместо концентрации

Кстати, об операционных системах: сегодня в государственном реестре их числится больше 70, и это скорее распыление ресурсов, чем здоровая конкуренция.

Большинство этих ОС делают небольшие компании с ограниченными ресурсами, их жизнеспособность под вопросом. Вместо того чтобы поддерживать 2−3 сильных ядра, мы разбрасываем деньги и кадры. А разработчики прикладных систем вынуждены поддерживать десятки ОС, что неизбежно удорожает конечные продукты. Платит в итоге потребитель. Такое распыление сил напрямую бьет по выполнению государственных задач.

КИИ: жесткие сроки без готовности

С критической информационной инфраструктурой (КИИ) тоже все непросто. К 1 января 2025 года, по данным Минцифры, из 25 крупнейших госкомпаний, подпадающих под требования по КИИ, перешли на отечественное ПО только 11. Рынок оказался не готов — ни по продуктам, ни по кадрам. Регулятор перенес дедлайн на 2030 год. Жесткие сроки без реальной готовности — это не стимул, а пустая декларация. Только нервы потрепали.

фото: TatCenter.ru

Четыре шага к реальному импортозамещению

Что необходимо, чтобы поправить ситуацию? Нужна внятная промышленная политика: не слепая вера в рынок и не административные репрессии.

Нужны четыре шага.

Первое — это «умная» специализация. У нас в РФ 140 миллионов человек, создать полный аналог Microsoft нереально. Но можно выстрелить в двух-трех критических нишах: например, это системы управления для энергетики, промышленные базы данных. Минцифре следовало бы составить перечень из 10−15 таких классов и обеспечить целевую поддержку.

Второе — это создание консорциумов вендоров и заказчиков. Пусть государство организует консорциумы из 3−5 компаний на каждое направление, выдаст долгосрочный безвозвратный (!) грант с софинансированием 30−50% со стороны крупных заказчиков. Так уже сделали в Южной Корее. Заказчики получают право голоса в техническом задании, что сразу ориентирует вендоров на реальные потребности бизнеса.

Третье — не надо резких движений с запретами. До 2028 года разрешить для некритичных систем зарубежное ПО при условии аудита безопасности. А с 2030 года — уже полный переход для КИИ.

И четвертое — необходим жесткий ценовой контроль. Для ПО из реестра, которое покупают госкомпании и банки, цена не должна превышать стоимость зарубежного аналога плюс 15%. Или внятное обоснование цены вендором (если аналога нет): себестоимость плюс R&D, плюс разумная маржа. Нарушителей наказывать — например, на два квартала лишать права продавать регуляторным заказчикам. Это остановит нынешнюю «диктатуру» продавца.

Рынок продавца и перспективы

Высокая ставка ЦБ, бюджеты сжаты, а российское ПО еще и дорожает: эксперты прогнозируют рост цен на 15−35% в год. Сложился «рынок продавца» с несколькими одобренными вендорами. Цены диктуют они, а не заказчик. Плюс проблема с HSM, о которой мы говорили. Особенно тяжело для малых банков — импортозамещение становится для них не драйвером развития, а тормозом.

Остается надеяться, что наши платежи защитят быстрее, чем успеют отчитаться об очередной «победе, которую никто не заметит». И правильнее здесь определить внятную стратегию импортозамещения, обеспечив реальный контроль качества.

Lorem ipsum dolor sit amet.